Российское информационное агентство
поиск по статьям и новостям

Усталый романтик

15.11.2017, 0:47      Новости Сыктывкара
Михаил Задорнов шутил до последнегоАвтор: Владимир Сумароков  

Он пришел в нашу жизнь юмористом, а ушел сатириком.

Авиационный инженер стал известен благодаря железной дороге. Точнее — «Девятому вагону». Но на этой прямой колее Задорнов долго не задержался.

С юмористикой у него не сложилось. Несмотря на отдельные попытки абстрактно шутить. Абстрактно — не очень-то получалось. Лишь в контексте времени и страны.

Юмористов кругом хватает. Толстых и тощих, плоских и фактурных. Среди них есть гении жанра и глубокие шутники с двойным дном. А вот с сатириками в России всегда была напряженка. Обычно это желчные, неприятные люди, которых не стоит приглашать на придворный концерт или веселый корпоратив. Скандала не оберешься.

В последнее время сатириков было мало. Всего один. И тот умер. Причем ведь как подгадал! Мало того что в юбилейный год, да еще и в наш общий праздник! Аккурат в День народной полиции. В общем, поступил сатирически, в своем стиле…

Умер человек, который все время говорил: «Я не понимаю!» И даже назвал так две свои книжки.

Он, например, говорил: «Я не понимаю, что означает фраза: «Мы не отдадим наших завоеваний!» О каких завоеваниях идет речь? И кому мы их не отдадим? Кто у нас их просит?»

Задорнов был чемпионом по вопросительным знакам. Хотя на самом деле они восклицательные. Он всему изумлялся, приглашая и публику разделить это острое чувство.

Но удивляемся мы с трудом. И предпочитаем все-таки юмористов. Те безобидные, а главное, шутят так, будто все понимают.

«Двуглавый орел в валенках»

Восклицательно-вопросительный знак — это символ громкоголосой эпохи. Когда за всеобщим пафосом маячат страх и растерянность.

Слава к Задорнову пришла в начале 90-х. Великая страна рассыхалась, как старая бочка без обруча. «Все отделились, даже манси.  Они отделились от ханты», — острил русский писатель, еще не зная, что его похоронят за границей — в Латвии, которая одной из первых и отделилась.

Развод был скандальным. Прибалтика хлопнула дверью. Тамошние русские очутились в западне. В родной Риге шутник Задорнов почувствовал себя оккупантом.

И как после всех этих передряг не стать сатириком?

Да ладно бы — только Прибалтика. Ушел весь уклад жизни: «Субботники, красные уголки, пирожки вокзальные с мясом по пять копеек, двушки для автоматов гнутые, картошка за Почетную грамоту, дружина и отгулы», — писал Задорнов, выражая ужас маленького человека перед сотрясением всех основ.

Но дело не только в пирожках, хотя и в них тоже. Обывателю вдруг сказали, что прошлое было ошибкой, а его жизнь следует считать недействительной в связи с утерей идеалов.

И вот чего теперь? И куда? И зачем? И какие нынче идеалы? Ничего же толком не объяснили!

Быстро выяснилось — не туда и не так! Будучи большой, страстной женщиной, Россия этого не простила…

Маленькие люди, конечно, тоже испытывают любовь к деньгам, но не пользуются взаимностью. А иных лозунгов, кроме как «Делайте бабло!», новая власть не предложила. На этом лозунге расцвели только бандиты, проститутки и аферисты.

Вчерашние сатирики вдруг сразу притихли. Выскользнули из контекста времени. Одно дело смеяться над мертвым Брежневым и Хрущевым , и другое — над живыми «братками» и олигархами.

Задорнов был нормальным мужиком — он предпочитал живых. Не делал скидок для тех же Чубайса , Путина и всевозможной «кремляди». Из телеверсий задорновских концертов вырезали смачные куски. Благодаря цензуре он становился еще популярнее.

«Нынешний герб России — двуглавый орел в валенках на босу ногу», — зубоскалил Задорнов.

Ну как такого приглашать в Кремлевский дворец, где царит вечный праздник народного единства?

Вот, к примеру, власть говорит: «У нас великая страна с великим прошлым». Задорнов добавляет только одно слово и получается: «Великая страна с непредсказуемым прошлым». И этот афоризм уже нельзя отменить, он теперь навеки — в скрижалях.

«Учитель истории, которому на тридцатом году работы объяснили, что он опять все преподает неправильно, выбросился из окна с криком: «Почему я не учитель физкультуры?»

Михаил Николаевич, конечно, сгущал краски. Не все историки готовы прыгать из окошек. Иные быстренько строчат диссертации на злобу дня. А чтобы защититься от оппонентов, становятся министрами.

Кузнец-прессовщик

Задорнов умел спрессовать фразу так, что она звенела. Это касалось даже  бытовых сцен.

«Валя готовила с душой и умела открывать пиво обручальным кольцом». В нескольких словах — вся женская судьба неунывающей Вали, матерой вахтовички сибирского нефтепромысла.

Или, например, лирическая ситуация глазами феминистки: «Танцевал он хорошо. Слушался каждого моего движения, когда я его вела. Видимо, он уже не в первый раз встречался с женщиной».

Впрочем, все эти «задоринки» — попутный газ. Признак литературного таланта, который бьет фонтаном даже в тех местах, где его не ждут.

А вообще, Задорнов редко отвлекался на «бытовуху». Главная жила, которую он разрабатывал, — особенности национального характера. В том числе и в такой, казалось бы,   чисто автобиографической книге, как «Записки усталого романтика», где собраны абсолютно блистательные тексты.

«Это не кровь, это ерш!»

Его знаменитая фраза «Ну вы тупые!» не столько про американцев, сколько про наши с ними парадоксальные отношения.

Это в космосе мы успешно состыковались. И то один раз. А в реальной жизни — сплошные нестыковки. Но это не вина американцев. И тем более — не наша. Уж так сложилось…

Западные люди, конечно, странные. Но и мы для них — инопланетяне.

«Мы танцуем на поминках и плачем на свадьбах. Мы заполняем стадионы, чтобы еще раз услышать: «Не сыпь мне соль на раны», а еще лучше «Не лей мне чай на спину». Мы путаем гобой с гиббоном и верим во все, кроме себя, а особенно в летающие тарелки».

И, видимо, от того, что мы не очень верим в себя, постоянно рушим старые мифы и создаем новые. Не любим чужое и восхищаемся им. Презираем и завидуем — одновременно.

«Мы народ небанальный, — говорил М. Задорнов. — В нас знаете сколько кровей намешано? Славянская, скифская, татаро-монгольская. А еще — варяги, печенеги, мордва. Сверху это отполировали евреи… Это не кровь. Это ерш!»

Да, Задорнова можно считать русофилом. Но — в высшем значении этого слова! В том самом: «Люблю Россию я, но странною любовью». Поэтому он мог позволить себе такую дерзость — высмеивать наши слабости и пороки:

«В наших сказках никто никогда не работал. Это в их сказках папа Карло что-то стругает, пилит. Золушка моет, стирает. А наш Иван сидит на печи… Ждет золотую рыбку! Только в наших сказках воплощается извечная мечта народа о халяве: сапоги-скороходы, ковер-самолет, серый волк по лесам носится, как бесплатное такси… Только нашему человеку даже стол накрывать лень. Он мечтает, что развернет скатерть, а на ней уже все стоит! Судя по нашим сказкам, меньше русских хотят работать только украинцы. У тех вообще галушки сами в рот залетают! Недаром на все славянские сказки есть только один работник, да и тот — Балда…»

Любить себя и смеяться над собой — тут нет никакого парадокса. Хотя, возможно, какой-нибудь господин Мединский и не согласен. Но это его проблемы.

Тихие проводы

В последние годы Задорнова упрекали за его псевдонаучные изыскания. За любительскую лингвистику и фильмы про мифических Рюрика и Олега .

С таким же успехом Джонатана Свифта следует порицать, к примеру, за нападки на Исаака Ньютона или за его беспощадную критику кальвинизма. А чего, собственно, вы хотите от сатирика-памфлетиста?

Лингвистика для Задорнова была лишь игрой в слова. Такой же, как и его забавные определения типа: «Забрало — милиционер, ублюдок — официант, подкидыш — акробат, дочурки — среднеазиатские дети, полупроводник — Иван Сусанин , косая сажень — одноглазый прокурор».

И вообще, не всегда было понятно, когда он стебался, а когда говорил серьезно.

Веселился как мог. Шутил до последнего. И потерял сознание на своем последнем концерте. А публика не сразу и поняла, что это конец. Что вот он — занавес. И смех еще звучал в переполненном зале…

А потом в другом зале — ритуальном — в подмосковной клинике ему устроили  скромные тихие проводы. Провожали молча, без рыданий и надгробных аплодисментов. Аплодисменты сатирикам не положены.

Спасибо Вам, Михаил Николаевич, король жанра! Вы были лучшим. Хотя для Вас это было не так уж трудно. Вы же были — единственным…

P.S. В среду, 15 ноября, Михаила Задорнова похоронят   в Юрмале, на кладбище Яундубулты, где покоится его отец.

Источник: https:
 Читайте также:
Мнение редакции интернет сайта yodda.ru никогда не совпадает с мнением, высказаным в новостях.

Пользовательское соглашение   |   Контактная информация   |   Города   |   Отели
Copyright © 2014-2016 yodda.ru - региональное информационное агенство
Яндекс цитирования